Охота на зубра в Беларуси может стоить 45 тысяч евро, а медведей иногда приходится «утилизировать», рассказали в эфире СТВ эксперты природоохранной и охотничьей сфер. Разница между краснокнижными зубром и медведем в том, что первый имеет «бинарный статус», а второй — нет.
«Надо понимать, что трофейная охота — это договорная охота. Охотпользователь предлагает, он всегда хочет цену повыше. Охотник пытается сэкономить. Это все договариваются. Но самые успешные до 45 тысяч евро доходили договоры на добычу того же зубра», — рассказал начальник отдела охотничьего хозяйства Минлесхоза Александр Козорез.
У зубров в Беларуси «бинарный статус», отметила консультант управления биологического и ландшафтного разнообразия Минприроды Татьяна Железнова. То есть есть охраняемые животные и те, на которых можно охотиться. В Беларуси наибольшая популяция зубров в мире — их свыше 2700, и они «распространены, в принципе, по всей территории». Добывают старых и больных зубров.
Об охоте на зубров за 450 тысяч евро 12 лет назад сообщало госагентство БЕЛТА. Якобы некий немец за три дня столько потратил в Беловежской пуще. Однако в самой пуще это опровергали. И как раз назвали сумму «порядка 40 тысяч» евро. «Тут не то что за три дня, за месяцы не управишься! Так что никакие немцы у нас зубров за 450 тысяч евро не отстреливали», — комментировали тогда ситуацию в нацпарке.
А что с расплодившимися медведями
Козорез отметил, что при встрече с медведем его нужно обойти и животное «пойдет своей дорогой».
«На сегодняшний день ни один медведь самостоятельно не проявил какую-то агрессию по отношению к человеку — видя нас, они, наоборот, стараются избежать конфликтной ситуации», — подчеркнула Железнова.
Охотиться на медведей в Беларуси нельзя — они в Красной книге и небинарны в отличие от зубров. Однако при угрозе хищника «утилизируют».
«Ситуация следующая: если комиссия выезжает, и в какой-то определенный момент его надо отстрелять, такие решения принимаются, то это просто отстрел, он утилизируется. В тот же момент можно взять охотника, который заплатит за это деньги, и государство получит за это определенную прибыль», — отметил начальник управления охоты, рыболовства и туризма Белорусского общества охотников и рыболовов Сергей Цебрук.
Цебрук считает, что медведи как хищники — конкуренты охотников: «Мы все-таки охотпользователи, мы растим животных, мы охотимся, зарабатываем на этом какие-то средства. Поэтому конкуренты для нас — это, конечно, не очень хорошо. И чем их становится больше, тем, соответственно, нам от этого хуже». Ранее БООР выступила за исключение медведя из Красной книги.
Сейчас к росту популяции медведя применяют научные подходы. «Сейчас проработали вопрос о единых методических пособиях по учету медведя. Будем осуществлять его мониторинг и уже на основании этих данных будем принимать решение», — рассказал замгендиректора НПЦ НАН Беларуси по биоресурсам Павел Гештовт.
По его словам, медведя можно считать представляющим опасность, если он постоянно ходит где-то в населенном пункте. А если животное «заскочило и так же быстро убежало», то это нормально и неопасно.
