Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Дроны атаковали Санкт-Петербург перед началом экономического форума, на котором должен выступить Путин
  2. Вышел на свободу Алексей Хлестов. Он отбыл 14 суток за «мелкое хулиганство»
  3. На пятницу объявили оранжевый уровень опасности
  4. «Бегание с „акашкой“ без рожка — будет детский лепет». В Киеве ответили Лукашенко
  5. Получивший политубежище в Беларуси американец вернулся в США — «Радыё Свабода»
  6. «Вясна»: Сотрудникам крупного предприятия пригрозили увольнением за отдых в «недружественных» странах, в список попала и Турция
  7. В столичном метрополитене нужны работники — счет вакансий идет на сотни. Какие кадры требуются и сколько им готовы платить
  8. Возможно, вы не знали, что с подарков от близких родственников не надо платить налог, но ситуация меняется, если речь о «тунеядцах»
  9. В Беларуси растет число случаев одного вида рака кожи. Его непросто распознать, а если запустить, то может дойти до ампутации конечности
  10. Политзаключенный передал из колонии письмо Лукашенко. Ответ последовал жесткий
  11. «Обильная рвота фонтаном». В Threads пишут о массовом отравлении дошколят в разных городах — что случилось
  12. «Мы должны признать, что следующие пару десятилетий будем находиться в войне». Что на форуме в Санкт-Петербурге говорили о будущем РФ
  13. «Богатый человек должен работать на свою родину». Лукашенко встретился с олигархом, который в 2020-м выступил против насилия
Чытаць па-беларуску


/

О смерти политзаключенного Дмитрия Шлетгауэра стало известно на прошлой неделе. 22-летний парень отбывал срок в ИК-15, что в Могилеве. По какой причине умер Дмитрий, правозащитники не сообщали. Знакомый семьи Шлетгауэра рассказал «Зеркалу», какую причину медики указали в свидетельстве о смерти.

Дмитрий Шлетгауэр. Фото: страница Дмитрия в Facebook
Дмитрий Шлетгауэр. Фото: страница Дмитрия в Facebook

По словам знакомого семьи, который сейчас живет за границей, в свидетельстве о смерти политзаключенного указана причина — «механическая асфиксия». Очень часто такую запись делают при самоубийствах.

— Руководство колонии не сообщило родным Дмитрия, что именно случилось с ним, — утверждает он.

По словам нашего собеседника, близкие политзаключенного общались с ним через письма. Жена Дмитрия посещала его в СИЗО № 7 Бреста до и после суда.

— Семья считает, что Дмитрий не собирался убивать себя. По словам родных, он был очень расстроен из-за того, что с ним случилось, но не настолько, чтобы быть готовым к добровольному уходу из жизни. Еще в СИЗО он начал старательно готовиться к переводу в колонию — собирал сигареты, сахар, чай и кофе в расчете на то, что они пригодятся в лагере, — говорит знакомый Шлетгауэров.

Дмитрий Шлетгауэр в детстве. Фото: cтраница Дмитрия в «Одноклассниках»
Дмитрий Шлетгауэр в детстве. Фото: cтраница Дмитрия в «Одноклассниках»

Собеседник «Зеркала» также добавил, что еще в следственном изоляторе у Дмитрия появились некритические проблемы со здоровьем:

— Пока Дима был в СИЗО, у него родился сын, и он очень переживал, что это случилось в его отсутствие. Видимо, он сильно нервничал, из-за чего сильно полысел, у него появился варикоз. Но совершать суицид он не планировал. Наоборот, собирался писать прошение о помиловании и надеялся поскорее выйти на свободу, увидеть сына и жену.

По словам нашего источника, Дмитрий говорил родным, что в следственном изоляторе к нему относились хорошо, сокамерники и администрация проблем не создавали.

Из брестского СИЗО в могилевскую ИК-15 мужчину перевели в первых числах октября 2024 года. Знакомый семьи утверждает, что Дмитрия сразу же отправили в штрафной изолятор. О причине такого наказания он не знает.

Уже 12 октября семья Шлетгауэра получила от администрации колонии сообщение о трагедии. В свидетельстве о смерти указана дата — 11 октября 2024 года.

Напомним, 31 октября правозащитный центр «Вясна» сообщил о смерти в колонии политического заключенного. 1 ноября «Зеркалу» удалось узнать его имя.

Дмитрий Шлетгауэр — гражданин России. Информация о «тайном» суде над ним появилась в конце августа. Сообщалось, что мужчину признали виновным в «содействии экстремистской деятельности» (ч. 1 ст. 361−4 УК) и «шпионаже» (ст. 358 УК). Его приговорили к 12 годам колонии.